Каюсь

Тишина больно режет.
Устала врать
Оглянулась назад, там туман, сырость.
И так много хотелось порой сказать.
И так много в душе пунктиров,
Двоеточий, абзацев, забытых слов,
Что спешат в пункт «люблю собою».
Вновь, как дрожит на ветру любовь.
И кошне слов твоя надеваю.
Под ним взлечу, я знаю.
Невиновенно прощаю.
Больно, знаешь, снова осень.
Я тебя люблю так очень,
Через край любви вкус яда.
Не люби меня, не надо.
Я виновна в самой боли.
Мы сыграли свои роли.
Сердце в лаве, растворясь.
Каюсь, каюсь, каюсь, каюсь.
В носталь снова слабость грешит тобой,
Пробегая любви маршрутом
По твоим всем эсэ, что несли прибой
По волнам из её кунжута.
Изгорала тобой до золы чужой,
И кричала я в пропасть, знаю.
И катилось солнце как шар большой,
Словно ты меня обжигая.
Поднимусь, лечу, я знаю.
Не виновенно, прощаю.
Больно, знаешь, снова осень.
Я тебя люблю так очень,
Через край любви вкус яда.
Не люби меня, не надо.
Я виновна в самой боли.
Мы сыграли свои роли.
Сердце в лаве, растворясь.
Снова лиш сильней вплетаюсь.
Снова лишь сильней вплетаюсь.
Я пыталась уйти, избежать от слов,
Забываясь в тебе от шажды.
Проклиная безбожно саму любовь,
Попадая в твой ум дважды.
Трижды паутины стольцы по
Прозрачный край выдыхала, вдыхая снова.
Грешный, самый любимый, знай, улетай,
Но открой засовы.
Поднимусь, лечу, я знаю.
Не виновенно, прощаю.
Больно, знаешь, снова осень.
Я тебя люблю так очень.
Через край любви вкус яда.
Не люби меня, не надо.
Я виновна в самой боли.
Мы сыграли свои роли.
Сердце в лаве, растворясь.
Приземляюсь, приземляюсь, приземляюсь, приземляюсь.
Я виновна в самой боли.
Мы сыграли своей роли.
Сердце в лаве, растворясь.
Каюсь, каюсь,
Каюсь, каюсь, каюсь,
Каюсь, каюсь, каюсь.
Каш каш h kos