Метель и Мне осталась одна забава

Пройдите дни, свою былую пряжу
Живой души не перестроить век
Нет, никогда с собой я не полажу
Себя любимому — чужой я человеку
Гнусавит хрипло в небо обылом
Какой он клён — он просто стол позорный
На нём бы вешать или отдать на слом
И первого меня повесить нужно
Скрестив мне руки за спиной
И говорю: «Если б был бы в силе
То всем бы петухам я выдрал потроха
Чтобы Ночми не голосили
Но я забыл, что сам я петухом
Орал вовсю перед рассветом края
Отцовские заветы попирая
Волнуя сердцем и стихом»
Визжит метель, как будто бы кабан
Которого зарезать собрались
Холодный ледяной туман
Не разберёшь, где даль, где близ
Луну, наверное, собаки съели
Её давно на небе не видать
Выдергивая нитку из кудели
С веретеном ведёт беседу мать
Оглохший кот внимает той беседе
С лежанки свесив важную главу
Недаром говорят пугливые соседи
Что он похож на чёрную сову
Глаза смежаются, и как я их прищурю
То вижу явь из сказочной поры
Кот лапы мне показывает дулю
А мать — как ведьма с Киевской горы
Не знаю, болен я или не болен
Но только мысли бродят мне в попад
В ушах — могильный стук лопат
С рыданием дальних колоколен
Себя усопшего в гробу я вижу
Под аллилуйные стенания дьячка
Я веки мёртвому себе спускаю ниже
Кладя на них два медных питочка
На эти деньги с мёртвых глаз
Могильщику теплее станет
Меня зарыв, он тот же час
Себя сивухой остаканил
Снегири
What does the name meaning of Zainab
Мне осталась одна забава
Пальцы в рот и веселый свист
Прокатилась дурная слава
Что похабник я и скандалист
Золотые далёкие дали
Всё сжигает житейская мредь
И похабничал я, и скандалил
Для того, чтобы ярче гореть
Дар поэта — ласкать и корябать
Раковая на нём печать
Пусть не сладились, пусть не сбылись
Эти помыслы розовых дней
Но коль черти в душе гнездились
Значит, ангелы жили в ней
Вот за это веселье мути
отправляясь с ней в край иной
Я хочу при последней минуте
Попросить тех, кто будет со мной
Чтоб за все, за грехи мои тяжкие
За неверие в благодать
Положили меня в русской рубашке
Под иконами умирать